Матрица: загрузка

Алкоголь для российского государства всегда был объектом пристального внимания (и почти всегда — монополии). Непродолжительный период послабления наступил в 1991 году, но «золотой век» закончился в 1995-м с принятием закона «О государственном регулировании производства и оборота спирта и спиртосодержащей продукции». Этот документ, сметанный на живую нитку, десять лет усердно правили и подчищали, пока в результате совместной работы всех заинтересованных сторон не появился приемлемый вариант.

Директор по внешним связям Комитета производителей алкогольной продукции Европейского делового клуба в РФ Александр Романов называет этот закон «почти идеальным»: «Мы достигли разумного баланса госрегулирования, вычистили все перегибы, упразднили акцизные склады и прочие сепаратистские штучки регионов, наподобие аккредитаций и добровольно-принудительной проверки качества. Но это было в первом чтении. А вот во втором, 8 июля, то есть буквально за одну ночь, вдруг появился этот… Франкенштейн, которого нужно все время чинить и заштопывать — пресловутая ЕГАИС — Единая государственная автоматизированная система учета алкогольной продукции. Именно ЕГАИС обрушила рынок!» Хотя, строго говоря, предпосылок для жесточайшего кризиса, поразившего отечественный алкогольный рынок минувшим летом, было три: запрет на продажу с 1 июля любой импортной алкогольной продукции с акцизными марками старого образца; запрет на ввоз вин и коньяков молдавского и грузинского производства; и, наконец, введение в эксплуатацию ЕГАИС.

— Акцизные марки на алкоголь в России меняются каждые год-полтора, — говорит генеральный директор «Столичного треста» Игорь Поляков, — этим нас не удивить. Беда в том, что марки запоздали, их не было долгое время. Зато поддельные появились гораздо раньше, чем настоящие, которых и потом не хватало. Но почему? Ведь это обыкновенная полиграфическая продукция!

— Поначалу не было новых марок, но проблема заключалась даже не в этом. Не было готово соответствующее программное обеспечение, — вспоминает Александр Романов. — Затем появилась эта калека — ЕГАИС, а следом наступило 1 июля. На этом оборот продукции со старыми марками закончился. Поступил вердикт: изъять и перемаркировать! Но на каком, спрашивается, основании? Ведь все было импортировано законно, к тому же за старые акцизные марки государству уже было уплачено!

К июлю более 70% алкоголя в стране было снабжено старыми марками. Новая продукция попадала в розницу с трудом, объемы производства катастрофически упали. Красноречивее всех цифр была картина в винных отделах магазинов, зияющих пустыми полками.

В попытке исправить положение правительство разрешило поставщикам не везти бутылки на перемаркировку по городам и весям, а совершить все необходимые манипуляции на месте. Но — только до 1 сентября. Перемаркировать успели лишь чуть более трети бутылок. Все остальное, около 60 миллионов бутылок (вполне качественного продукта!), «зависло» на складах.

— Получилось как всегда, — возмущается Александр Романов. — Начинали вроде бы с лучшими намерениями убить нелегалов, а в результате пострадали цивилизованные игроки!

И не только они. «Массовые отравления последних дней — прямое следствие введения новой системы учета алкоголя, — считает исполнительный директор объединения предпринимательских организаций «ОПОРА» Дина Крылова. — Цивилизованный алкогольный рынок разрушен, а свято место пусто не бывает. Там, где рушится легальная торговля, возникает теневая: на рынок хлынул «паленый» алкоголь.

Что примечательно, в усилении госконтроля над отраслью были заинтересованы и государство, и крупный бизнес. Однако в этом случае в убытках оказались все, кроме структуры, которая разрабатывала ЕГАИС, — ФГУП «НТЦ «Атлас» ФСБ России. «Фактически, разработчики полностью завалили работу, — говорит Александр Романов. — При этом, по данным СМИ, они получили за свою систему около 340 миллионов долларов, а бюджет в результате просел миллиардов на двадцать!»

Кстати, «Атласу» простили не только срыв сроков, но и нарушение одного из основных требований закона: «Технологии изготовления и нанесения акцизных марок должны исключать возможность подделки и повторного использования». Во всех странах из этих соображений марка клеится на горлышко, являясь одновременно гарантией того, что бутылку не вскрывали. У нас же акцизная марка «сползла» на бок бутылки — только потому, что техническое решение, предложенное «Атласом», позволяло работать лишь с этикеткой, нанесенной на абсолютно ровнуюповерхность. Лазейка тут же была освоена нелегалами, которые теперь собирают пустые бутылки с новыми акцизными марками и переклеивают их на свое пойло.

Что дальше? По мнению председателя подкомитета ТПП РФ по предпринимательству в сфере производства и оборота алкогольной продукции Петра Каныгина, теперь кризис на алкогольном рынке загнан в теневую фазу. Бурных событий не происходит, но бизнес-сообщество готовится к новым сюрпризам. Зато, как отмечает Виктор Алексеев («Кристалл-Лефортово»), кризис сплотил игроков алкогольного рынка, которые сейчас забрасывают правительство письмами, заявлениями и предложениями. Активную позицию заняли «Союз участников алкогольного рынка», целый ряд ассоциаций и союзов. Впрочем, многочисленность организаций, представляющих алкогольную отрасль, на взгляд Игоря Полякова («Столичный трест»), — как раз минус, поскольку выяснилось, что внятного алкогольного лобби в стране не существует.

Нужен ли контроль в отрасли? Как и во всех предыдущих сюжетах, отвечаем: да. «Если с технической точки зрения станет возможным контроль движения каждой бутылки «от производителя до потребителя» и можно будет проследить за номером каждой из них, мы защитим потребителя, — уверен Виктор Алексеев. — Однако если ситуация будет развиваться в том же направлении, алкогольный рынок просто зайдет в тупик. Отрасль обеспечивает бюджету мощный приток средств, а сложившаяся ситуация работает как раз наоборот. Помимо простоя участников рынка, убыток терпит и потребитель. В России как пили водку, так и будут ее пить. Вопрос в том, какую именно?»

В 2001 году, когда был принят закон «О лицензировании…» (№ 128-ФЗ), турбизнес был удивлен: отрасль не попала в список лицензируемых видов деятельности. Это выглядело как акт полного отказа государства от претензий на «руководство». Предполагалось, что с 1 января 2005 года лицензий в туризме не станет вообще. Впрочем, отмену лицензий законодатели несколько раз откладывали. Теперь время «Ч» — 1 января 2007 года.

Федеральное агентство по туризму (ФАТ), а ранее — Комитет по физической культуре, спорту и туризму, обещали «что-то придумать», чтобы не оставить отрасль без регулирования. Серьезные игроки рынка против регулирования не возражали, опасаясь лишь неадекватности механизма: сперва ФАТ вело речь о страховании профессиональной ответственности турфирм, а затем идея трансформировалась в предоставление туроператорами финансовых гарантий. Очертания будущего механизма регулирования прояснились лишь в конце лета этого года, как раз перед тем, как разработанный Ростуризмом законопроект был одобрен правительством и внесен в Думу.

Итак, финансовые гарантии для операторов международного туризма составят 10 миллионов рублей, а для операторов внутреннего туризма — 1 миллион рублей. Фингарантия, по выбору туроператора, может быть оформлена либо как банковское поручительство, либо как страхование ответственности туроператора в пользу третьих лиц. Заметим, российский туризм — отрасль, где до сих пор более 50% всех расчетов между агентами и операторами осуществляется наличными (в том числе и в виде неучтенного «нала»). Поэтому, по оценкам самих участников рынка, банковское поручительство, скорее всего, без проблем смогут получить лишь крупные операторы с большими безналичными оборотами. Всем остальным придется обращаться к страховщикам, которые после череды согласований с Ростуризмом озвучили стоимость годового полиса: 1–5% от размера фингарантий.

Чтобы успокоить туробщественность, Владимир Стржалковский подсчитал: в такой ситуации для туроператора средней руки дополнительная финансовая нагрузка не превысит 0,4% от оборота, а значит, не станет непосильной и не приведет к вымыванию небольших компаний с рынка и существенному удорожанию туров. Мнение авторитетное, все-таки Стржалковский не понаслышке знаком с экономикой туркомпании, а до похода во власть создал «Неву» — одну из крупнейших в стране турфирм.

Но, так или иначе, отношение к введению фингарантий на рынке наглядно демонстрирует, кому это выгодно. «За» — крупные туроператорские компании федерального масштаба. «Против» — средние и мелкие московские компании и региональные фирмы.

Глава компании «Спектрум» Евгения Конколь в ходе обсуждения законопроекта заявила, что ничего страшного в чистке туроператоров нет. Тем временем региональная точка зрения, представленная Владимиром Праздниковым, председателем Комитета по туризму Ярославля, звучит иначе: для региональных туроператоров размер фингарантий будет не под силу. «Никто из здравомыслящих людей выступать против самой идеи не будет, но суммы фингарантий необходимо дифференцировать, например, в зависимости от объемов работы туроператора», — отмечает Валерий Катков, президент компании «Ост-Вест» (Москва).

Следом сюжет с введением фингарантий для туроператоров получил иной поворот. «Жаль, что новый закон не предусматривает фингарантий для турагентов… — говорит руководитель туроператорской компании «Капитал-Тур» Инна Бельтюкова. — Но возможно, мы сами их введем для своих партнеров!» Идея «чистки» уже среди турагентов нашла поддержку и у ряда других крупных туроператоров. Так, «Натали Турс» объявила о том, что в конце сентября представит новый типовой договор, предусматривающий введение фингарантий для своих турагентов, а «Нева» сообщила, что отныне будет делать ставку на агентства, которые «давно и хорошо работают», и вводит «ценз объема» для партнеров (годовой объем продаж должен составлять не менее 50 тысяч долларов).

Дополнительно «подрегулировать» турагентский бизнес планирует и Ростуризм. «Одновременно с введением фингарантий для туроператоров правительство РФ подпишет и подзаконный акт о правилах оказания услуг турагентствами», — говорит Надежда Назина, заместитель руководителя Ростуризма. Внесенный в Госдуму законопроект имеет все шансы быть принятым до Нового года.

Хорошо быть большим и богатым. Плохо — маленьким и бедным.

	Большая стройка «Правительство, региональные и местные органы власти должны ориентироваться на то, чтобы к 2010 году минимум треть граждан страны (а не одна десятая, как сегодня) могли приобрести квартиру, отвечающую современным требованиям, приобрести — за счет собственных накоплений и с помощью жилищных кредитов. Для этого жилищное кредитование должно стать долгосрочным и доступным для граждан. А чтобы рост спроса на жилье не привел только к скачку цен, следует обеспечить конкурентные условия для жилищного строительства». Из послания Федеральному собранию РФ 2004 года
	Game over «Я поддержу любое радикальное решение этого вопроса. То, что сейчас происходит в городе, — это полный разврат и моральное уродство».
	Карта бита «…С самого начала его развития мы не рассматривали никаких более жестких механизмов регулирования Интернета, кроме тех, которые сейчас есть. Что касается IP-телефонии, то сейчас в России много операторов, которые предоставляют эту услугу. У нас нет никаких планов ограничивать интернет-IP-телефонию».
	98% подозрительных «Я считаю, что 20 российских компаний, которые не вызывают вопросов у Росстрахнадзора, — это достаточно большая группа».
	Стратегический продукт Владимир Жириновский: Госмонополия на водку и сигареты! Это наш вопрос! До сих пор не введен! И 50 тысяч в год погибают от травленой водки, и доходы уходят в сторону. Полная монополия должна быть на алкоголь, табак, сахар. Владимир Бабурин: Тогда водки «Жириновский» не будет. Владимир Жириновский: И пускай не будет ее! И пропади пропадом! Михаил Соколов: Жалко. Плохая водка? Владимир Жириновский: Хорошая. Уже продано 23 миллиона бутылок за 10 лет. Михаил Соколов: Ужас, как в России пьют! Владимир Жириновский: Одеколон мой вышел… Из стенограммы прямого эфира «Радио Свобода», 2 июня 2005 года
	Размер имеет значение «Это нужно сделать для защиты потребителей от нарушающих их права туроператоров, а также для повышения прозрачности рынка».