Жизнь в муравейнике

Евгения Ленц , опубликовано в журнале "Бизнес-журнал" №2 от 01 Февраля 2005 года.

"Когда б вы знали, из какого сора…" Именно так создается крупнейшая в стране франчайзинговая сеть "Лавка жизни". Войти в структуру, в которой работает уже свыше пяти тысяч торговых точек, может каждый. Система "фейс-контроля" отсутствует. Плата за вход одно время вообще не взималась. Структурные подразделения разнообразны, отношения порою даже не зафиксированы на бумаге. И, тем не менее, весь этот, на первый взгляд, хаотический набор разнородных связей, интересов и возможностей успешно работает. Его создатель, глава компании "Лавка жизни" Алексей Маковеев, называет свое детище "бизнес-муравейник".

Жизнь в муравейнике: Алексей Маковеев, глава компании "Лавка жизни".

- Отношение к парафармацевтическим товарам, коими вы занимаетесь, у игроков "солидных" рынков всегда было весьма критическим. Биодобавки, травки, чудо-таблетки - для многих звучало как-то несолидно; ровно до тех пор, пока эксперты не подтвердили, что сегодняшний объем этого рынка превышает 1 млрд. долларов в год. Завидная поляна, получается! Как вас осенило заняться ее возделыванием? И вообще, откуда вы появились?

- Как и все лидеры бизнеса и политики в Москве - с периферии, из Иркутска.

До этого я сделал около 100 фирм, занимался всем, чем угодно: был президентом иркутского филиала Видергебуртсбанка (советские немцы вместе с соотечественниками из-за бугра сделали совместный банк, но потом в связи с изменениями в экономике его пришлось закрыть).

Мой самый первый бизнес я сделал в 1986 году: организовал центр досуга. Тогда это было модно. А дальше пошло-поехало: кафе, дискотека, шоу-программы, компьютерный бизнес - тогда это еще называлось спекуляцией, за это еще срок давали. Собственно, я занимался всю жизнь креативом, придумывал разные вещи, например, банковский франчайзинг. Своим предложил - они не сделали. Сделал "Российский кредит". Франчайзинг вообще старая фишка, просто она называлась по-другому. Он и сейчас незаконен в нашей стране, потому что, хотя законодатели и приняли несколько лет назад закон о франчайзинге, они не успели дописать свод подзаконных актов. Народ пользуется разными соглашениями о концессии, коммерческом партнерстве и т. д. Примерно, как лет 10 назад недвижимостью занимались - вроде как была и не была…

- То есть, получается, вы создавали компании и бросали их? Почему? Надоедало?

- Каждый должен заниматься своим делом. Если я профессиональный креативщик, я должен заниматься именно этим. Часть этих фирм до сих пор работает, и я не жалуюсь. Некоторые разорились, некоторые процветают…

- Они по-прежнему частично ваши?

- Это зависит от директоров. Я просто придумывал идеи, раздавал налево и направо, люди охотно пользовались. Собственно, нечто похожее сейчас происходит и в "Лавке жизни": всего в ней работает 1 400 фирм, по стране раскидано пять тысяч торговых точек. Что-то из них со мною связано, а что-то работает само по себе, на франчайзинге. Структуры, выросшие лет пять-шесть назад, отпочковались и работают сами по себе. Все довольны, всем хорошо, рынок растет.

Я вообще сторонник создания так называемых бизнес-муравейников. Собственно, и придумал этот термин сам, несколько лет назад. Я для себя создал несколько теорий. Когда в 1994 году я понял, что у меня нет миллиарда долларов, чтобы создать свой рынок зеленых аптек, а банки кредит под этот проект просто не дадут, поскольку не понимают сути, пришлось придумать систему "русского франчайзинга", который позволил быстро раскрутить этот рынок. Этим словосочетанием я обозначаю смесь классического франчайзинга и бесконфликтной экономики. И то, и другое - суть известные в мире термины, но смесь как таковую получилось сделать именно в России. Вторая теория - бизнес-муравейник. По этому принципу построена "Лавка жизни". Бизнес-муравейник - это множество торговых точек, работающих на разных отношениях на одном рынке по заранее выстроенным параметрам. Главное было создать схемы, выходя за рамки которых человек тут же разорялся. В итоге получилась "Лавка жизни" - куча фирм, которая работает по одним и тем же законам.

Хоть я все это и придумал, я не являюсь собственником всех этих фирм, не знаю, кто там работает во Владивостоке или Краснодаре. Франчайзинг у нас построен на разных отношениях - где-то помягче, где-то пожестче. Кто-то вообще не платил: когда был кризис, франшиза отдавалась бесплатно, чтобы сохранить рынок, который сразу просел, поскольку наш товар не является предметом первой необходимости.

- Говорят, вашим франчайзи может стать даже ребенок?

- Я считаю, что франчайзинг следует делать, не проверяя фирмы, вопреки наставлениям зарубежных мэтров! Фирмы, выставляющие жесткие условия, ничего не могут подписать в России. Вот, например, фирма Subway имеет в мире больше торговых точек, чем Макдоналдс. А в России их практически нет - не сумели найти правильный подход к нашему бизнесу (да и название их плохо подходит для России). Франчайзинг на основе зарубежного опыта - это длительные сроки окупаемости и небольшая прибыль. Для Америки вполне нормально, но плохо для России. Окупаемость такой франшизы - 1,5–2 года. Прибыль - на уровне 10–30% годовых. Но самое главное, нельзя работать своей головой, надо все делать по корпоративным стандартам. Шаг влево, шаг вправо, прыжок на месте воспринимаются как попытки к бегству. Сразу расстрел! Суд, скандал! Все рассчитано так, что неудобно работать на местах, зато гарантирована прибыль франчайзеру.

В России невозможно так работать. Мало того, что у нас законов еще толком не придумали, но и те, что есть, легко нарушать - в каждом регионе пытливые и талантливейшие местные чиновники находят самые разнообразные способы, как ухудшить жизнь местным бизнесменам. Их невероятное множество. Сделать бизнесу хорошо можно только одним путем: дать ему спокойно развиваться. Главное, чтобы были определены правила. А когда правила неизвестны, да еще и меняются спонтанно, то работать на условиях, которые предполагают лишь 10 процентов прибыли, - полный бред. В России можно придумать бизнес с процентами в тысячу годовых. После всех проблем, которые возникают с чиновниками, остается не тысяча, а сто-двести. И это уже выглядит нормально, хорошая прибыль. Выживать при 10–20% годовых невозможно, потому что после вмешательства отеческой длани государства у бизнесмена останутся одни минусы.

- То есть зарубежные франшизы, с вашей точки зрения, в России едва ли не обречены на провал заранее?

- Главное, чтобы схема бизнеса, которую франчайзер расписал, давала ему российские проценты. В 99 случаях из 100 отказ развивать иностранную франшизу происходит из-за того, что владельцы франшиз просчитывают международные схемы, считают маленький процент прибыли, соизмеримый с инфляцией и процентными кредитами, что является невозможным для выживания в наших условиях.

Как минимум, процент схемы, которую владелец франшизы предлагает дилеру, должен предполагать заведомо вложенные риски российского бизнеса, инфляцию, процент франчайзи и прибыль. Невозможно поделить 10 процентов годовых, ведь наши банки кредитуют такой бизнес, который является венчурным, высокорисковым, под очень высокие проценты. В США можно получить кредит под франшизу с 4–6 процентами годовых, у нас же это абсолютно невозможно. Прямые проценты у нас сейчас от 25 до 30, косвенные - еще столько же.

- А что такое "косвенные проценты"?

- Почему возникают косвенные проценты? Бизнес в России, как правило, работает в серой области, часть налогов отдается, часть скрывается, экономится, оффшорится, придумываются какие-то схемы ухода от налогообложения. Если же предприниматель начинает брать кредиты, он вынужден показывать деньги банку, переходить в белый бизнес, повышать свои траты на бухгалтерию, на налоги, на финансовое обслуживание. Сложные схемы, которые позволяют минимизировать налоговые отчисления совершенно законным путем, требуют бухгалтеров очень высокой квалификации, то есть сэкономить не удастся, тем или иным образом, но ты все равно заплатишь за "выход из тени". В итоге франчайзинг у нас сейчас не развивается. Впрочем, отечественный франчайзинг еще очень маленький. Более того, его в регионах и не знают практически. Известные в Москве имена за Уралом никто не знает, страна-то у нас большая. Пока на местах, в Иркутске, Владивостоке, Красноярске, не начнут давать дешевые кредиты, не будет филиального развития сетей. У нас в России все сети лопались, начиная от банковских и кончая франчайзинговыми, товарными, промышленными. Все валится!

- Ну, вам же как-то удается?

- Только благодаря системе бизнес-муравейника! Чтобы уйти от всех этих проблем, мы сделали систему маленьких фирм, каждая из которых участвует в бизнесе постольку, поскольку может. Если она никого не обманывает, и правильно вписалась в бизнес, она платит очень маленькие роялти, просто копеечные. После кризиса мы два года, с 1999 по 2002, вообще не брали деньги за франшизу. Я взял все свои деньги, которые были перед кризисом, и просто потратил на весь этот рынок. Зато он сохранился, стал развиваться дальше. Люди забесплатно в нем участвовали, фирмы стали открываться, как грибы после дождя, мы по популярности однажды даже выскочили на второе место в Москве среди всех торговых сетей, что меня несказанно удивило. Конкурировать с "Перекрестком", конечно, было интересно: у нас, разумеется, не те обороты, но зато какая привязанность покупателей!

Правда, теперь уже мы бесплатно франшизу не даем, и более того, поднимаем ее цену с тысячи долларов до пяти. Правда, стоимость золотой - 25 тысяч - мы не поднимаем, потому что это не само предприятие, а право на регион. Там, скорее, интеллект нужно употреблять. А интеллекту помогать нужно, зачем с него деньги брать!

- Ну, хорошо, банкиров убедить в том, что у вас хорошее, перспективное предложение, было сложно. А как вы уговаривали своих покупателей? Вы им предлагаете товар, как вы сами сказали, не первой необходимости, относящийся большей частью к разряду БАД (биологически активных добавок). Люди предпочитают покупать знакомые, раскрученные брэнды…

- Разными путями, где-то объяснениями через продавцов, через буклетики, специализированные газеты, а где-то через агрессивную рекламу. Шесть раз, с 96-го года по 98-й, на нас из-за такой рекламы возбуждал дела антимонопольный комитет. По-моему, это рекорд для России. "Пей наши таблетки до, чтобы не ходить в аптеку после"! "Наши чесночные таблетки самые чесночные!"

стр.1 | стр.2 | Весь текст

Жизнь в муравейнике

Новости

Опрос

Форумы

Свежий номер № 5 (194)

На правах рекламы